26 Октября 2026 13:00 | 26 Окт 2026 13:00 | |

Поделиться

Как оценить эффективность багбаунти и оправдать выплаты

CNews: Как масштаб компании влияет на ее подход к безопасности?

Дмитрий Крылатков: Когда продуктами бизнеса пользуется каждый третий бизнес страны, любая уязвимость перестает быть локальной проблемой. Мы не можем полагаться только на периодические аудиты: нужна постоянная, многоуровневая система контроля. Масштаб заставляет нас мыслить не отдельными продуктами, а экосистемой целиком, включая общую инфраструктуру и переиспользуемые компоненты. Это также означает, что скорость реакции на находки становится критичным параметром. В итоге безопасность превращается из функции одного отдела в распределенную ответственность, встроенную в процессы разработки каждой команды.

CNews: Когда вы решили дополнить существующие процессы программой поиска уязвимостей?

Дмитрий Крылатков: Внутренние пентесты и аудиты давали нам качественную, но точечную картину, ограниченную по времени, ресурсам и числу экспертов. Стало очевидно, что нам не хватает постоянного взгляда «снаружи». Плюс с ростом числа продуктов сложно было гарантировать одинаковый уровень покрытия везде силами внутренней команды. Это и стало триггером, чтобы дополнить существующие процессы внешней экспертизой на постоянной основе.

CNews: Сначала у вас была собственная программа багбаунти. Что побудило вас перейти на площадку и запустить программу там?

Дмитрий Крылатков: Собственная программа поиска уязвимостей ограничена нашей же способностью привлекать и мотивировать исследователей. Без узнаваемого бренда и инфраструктуры охват сообщества гораздо меньше. Платформа дала готовую верифицированную базу исследователей, отработанные механизмы выплат, юридическую и техническую инфраструктуру для триажа отчетов. Это сняло с нас значительную операционную нагрузку и ускорило старт программы. Также платформа добавила доверия со стороны исследователей. Понятные правила игры и репутационная история снижают барьер входа. В итоге мы получили больше качественных находок при меньших внутренних затратах на администрирование.

CNews: Роман, где заканчивается работа площадки и начинается ответственность компании?

Роман Приходько: Площадка помогает компании организовать программу как постоянный процесс. На старте нужно описать, что разрешено проверять, какие действия запрещены и как оценивать баги. После запуска наладить прием отчетов, общение с исследователями и выплаты. Если компания делает все самостоятельно, ей придется выстраивать эти процессы и привлекать аудиторию с нуля.

CNews: Что изменилось после запуска программы? Какие результаты для вас это принесло?

Дмитрий Крылатков: До запуска багбаунти воспринимался скорее как дополнительный инструмент проверки, а после — как полноценный постоянный канал получения объективной картины защищенности наших продуктов и сервисов. Мы увидели, что исследователи находят не только технические уязвимости, но и неточности, которые сложно выявить стандартными методами тестирования. Приватная программа показала свою ценность как безопасная песочница для обкатки процессов, а публичная — как источник постоянного притока новых отчетов. На данный момент мы воспринимаем багбаунти как ключевую часть SSDLC.

CNews: Были ли находки, которые особенно запомнились команде?

Дмитрий Крылатков: Недавно исследователь обнаружил цепочку из нескольких уязвимостей в крупном продукте. Используя их вместе, злоумышленник мог удаленно запускать произвольный код на компьютере или сервере и управлять им. Получилась сложная и интересная атака. Еще запомнился случай, когда багхантер продемонстрировал возможность получения админских привилегий в одном из продуктов. Над максимальной выплатой мы долго не думали.

CNews: Насколько для бизнеса важно выстраивать доверительные отношения с комьюнити?

Дмитрий Крылатков: Исследователи выбирают, куда вкладывать свое время, и репутация компании как честного, отзывчивого партнера напрямую влияет на качество и количество отчетов. Мы стараемся быстро реагировать, прозрачно объяснять решения по статусу отчета и справедливо оценивать вознаграждение даже в спорных случаях. Доверие также снижает риск того, что найденная уязвимость уйдет в серый рынок вместо ответственного раскрытия.

CNews: Роман, как поддерживать интерес исследователей к программам багбаунти?

Роман Приходько: Исследователи сами решают, каким программам уделять время. Когда у заказчика появляется новый продукт или меняются правила проверки, мы рассказываем об этом багхантерам. Если возникают вопросы по отчету или спорной находке, помогаем разобраться. Для топовых исследователей площадки проводим закрытые мероприятия и отмечаем тех, кто активно ищет уязвимости. Багхантеру важно видеть, что его отчет не останется без ответа, а его вклад замечают.

CNews: Сегодня максимальная награда в программе составляет 1 млн рублей, а суммарные выплаты превысили 35 млн рублей. Насколько инвестиции оправдали себя?

Дмитрий Крылатков: Сумма выплат исследователям — это фактически стоимость покупки экспертизы, которую было бы гораздо дороже и дольше выстраивать внутри компании с нуля. Каждая закрытая до эксплуатации уязвимость — это предотвращенный инцидент, стоимость которого могла бы исчисляться значительными суммами репутационных и прямых потерь. К тому же выплаты идут только за реальный, подтвержденный результат, что делает эту модель одной из самых эффективных по соотношению цена/качество среди инструментов безопасности. Поэтому с финансовой точки зрения программа полностью себя окупает.

CNews: Как вы оцениваете эффективность багбаунти-программы?

Дмитрий Крылатков: Мы смотрим на несколько метрик в комплексе: среднее время триажа и выплаты по отчету, долю критичных и высоких багов, скорость закрытия уязвимостей разработкой и динамику повторных находок в одних и тех же компонентах. Также важен показатель вовлеченности (растет ли число активных исследователей и качество их отчетов со временем). Отдельно наблюдаем за удовлетворенностью багхантеров от взаимодействием с программой. Когда клиент видит, что компания открыто взаимодействует с независимыми исследователями и прозрачно закрывает уязвимости, это укрепляет доверие к продукту сильнее, чем любые маркетинговые заявления о безопасности. Особенно это важно для бизнес-аудитории, которая доверяет нам чувствительные данные и бизнес-процессы.

CNews: Что вы сделали бы иначе, если бы запускали программу сегодня?

Дмитрий Крылатков: Я бы раньше выделил больше ресурсов на триаж¹-команду. На старте мы недооценили, сколько времени требует качественная обработка входящих отчетов, и это временами создавало задержки. Также стоило раньше формализовать внутренние SLA для разработки по закрытию уязвимостей разной критичности. Еще один момент — провести инвентаризацию активов и определить стоимость скоупа² заранее.

1 Триаж — это процесс анализа и сортировки уязвимостей, найденных исследователями в рамках программы багбаунти.

2 Скоуп — это разрешенная область тестирования в программе багбаунти.

Поделиться

Короткая ссылка